Электронный научный журнал "Языки и фольклор народов Сибири": Значения деепричастий на

Исследователь юкагирской культуры В.И. Иохельсон, описывая отглагольные наречия (деепричастия, как известно, сочетают признаки наречия и глагола), писал, что это слова, образованные от глагольной основы с суффиксом –т и выражающие действие, которое происходит одновременно с действием, выражаемым сказуемым (например: мэт модо-т айи «я, когда сидел, (то) стрелял»). Он предположил, что «суффикc -т является суффиксом отложительного падежа без местной частицы гэ» [2, с. 177-178].[1]

Е. А. Крейнович в своей работе «Юкагирский язык» дал следующее описание образования деепричастий в языке верхнеколымских юкагиров:

«Деепричастие образуется от глагольных основ посредством показателей:

– т – со значением действия, одновременного с действием глагола-сказуемого;

– (л)лэ – со значением совершенного действия, предшествующего действию глагола-сказуемого;

Грамматические формы деепричастия в юкагирском языке выявляются через поиск сходных с русским языком грамматических явлений.

Деепричастия выполняют синтаксические функции: 1) второстепенного сказуемого; 2) различного вида обстоятельств, сопутствующих основному действию. Рассмотрим подробнее.

1) Деепричастие, примыкая к глаголу, который в предложении обозначает основное действие, выражает второстепенное (сопутствующее) действие, т.е. выполняет функцию «второстепенного сказуемого». «…Деепричастная конструкция, употребленная в функции второстепенного сказуемого, обозначает такое действие, которое сопутствует глаголу-сказуемому почти как равноценное, вследствие чего деепричастие может легко заменяться спрягаемой формой глагола». [1, с. 205-206]. В юкагирском языке мы также можем заменить деепричастие спрягаемой формой глагола, например: Модот, эдилэк йодутаамэлэ. «Сидя, нитку сухожильную сучила». (3, стр. 350). Деепричастие модот указывает на одновременное действие с действием глагола-сказуемого, при переводе на русский язык деепричастие модот «сидя» заменяется спрягаемой формой модой «сидела».

Таа ходоот, йукоодьэ анилэ лэгут, ходоонуй. Так лежа, едя маленьких рыбок, лежала [«Щука и Каталка», 13, с. 46]. Деепричастия ходоот «лежа» и лэгут «едя» (кушая) можно заменить спрягаемой формой ходоой лежала и лэгум кушала.

Таң шаалгэ йахаай, иркин омосьо мархилэк чэрэуроо йоо аң5иит модой. Дошел до того дерева, [там] красивая девушка сидит и расчесывает серебряные волосы (букв. голову) [«Доврэ», 13, с. 86].

Как было указано выше, Е.А. Крейнович отмечал, что деепричастие на - т выражает значение действия, одновременного с действием глагола-сказуемого. Наши наблюдения показывают, что деепричастие на –т также может выражать и значение совершенного действия, предшествующее действию глагола-сказуемого, например:

Шубэдьэдэйлэ, курпульдэйлэ чуму унмуткэ эльиэт угутэйм. Его сердце, легкие, все рогами вынес, выдавил. [«Доврэ», 13, с. 86]. – Его сердце, легкие, все рогами вынес, выдавив.

2) Деепричастие и деепричастные обороты выражают разные виды обстоятельственных значений: обстоятельство времени, обстоятельство причины, обстоятельство образа действия и т.д. Часто их значение можно прояснить с помощью преобразования деепричастного оборота в придаточное предложение.

Рассмотрим деепричастия, выполняющие синтаксические функции различного вида обстоятельств в юкагирском языке:

Лэңдэт, лэңдэт – тудэ сиимэн тунмулгэлэ, лэгул амладайт, шашахадайдэллэ, амдэй. Ел, ел – свое волосяное горло, еду глотая, порвал, умер [«Травяная нога», 13, 92]. Ел, ел – свое волосяное горло, когда еду глотал, порвал, умер.

Шубэжэт, шубэжэт – таат ньо5ой [«Травяная нога», 13, 92]. – Бежа, так упал. – Когда бежал, бежал, так и упал.

Петр Бэрбэкин йуөт, мэжжэт, о5оодэллэ, мидьум тиң улэгэраагэлэ. – Петр Бэрбэкин, когда увидел и услышал (это), встал и взял ту соломинку [«Петр Бэрбэкин», 13, с. 102].

Нодопэ шахальаальэлңи, молльэлңи: «Аңситэй пугэсьэ лэбиэпэ, эл нууңидэ, чумут амдатчили йархаат, лэңдолит…» [«Как утка мордушка тепло искала», 9, с. 99]. Птицы собрались, сказали: «Поищем теплые земли, если не найдем, все умрем, замерзнув, голодая».

Таат йалоой чумут пиэдэйльэлңи, кэллугиит. Так все трое сгорели от лени (букв. ленясь) [«Три брата», 13, с. 42].

В словах, лэңдолит, кэллугиит, которые правильно было бы переводить «от голода», «от лени», суффикс –т может являться усеченным суффиксом исходного падежа –гэт, о котором говорил В.И. Иохельсон.

В связи с этим суффиксом нужно сказать о том, что, по Е.А. Крейновичу, значения деепричастий в юкагирском языке выражаются также некоторыми падежными формами имени действия [5, с. 198]. Именем действия ученый называл слова, которые образуются от основ переходных и непереходных глаголов посредством суффикса –л [5, с. 97]. Описывая падежные формы имени действия, ученый писал, что «значения, выражаемые некоторыми падежными формами имени действия, значительно отличаются от значений, выражаемых падежными формами имен существительных» [5, с. 107]. Г.Н. Курилов, говоря о различиях в значениях форм местного, отложительного (исходного), и дательно-направительного падежей имени действия, пишет: «Имя действия в исходном падеже обычно передает причину осуществления действия, выраженного глаголом-сказуемым главного предложения» [7, с. 106].

В вышеприведенных примерах слова лэңдолит, кэллугиит являются производными от имени действия: лэңдолит (голодая; от голода) ← лэңдоольэл (голод) и кэллугиит (ленясь; от лени) ← кэллугил (лень).

Касательно осуществления деепричастиями функций обстоятельств причины, нас интересует первый пример, в котором есть также деепричастие йархаат (образовано от основы глагола йархаа-). На наш взгляд, это деепричастие, выражающее значение совершенного действия, предшествующего действию глагола-сказуемого, несет в себе значение обстоятельства причины.

Таң шаалгэ йахаай, иркин омосьо мархилэк чэрэуроо йоо аң5иит модой [«Доврэ», 13, с. 86]. Дошел до того дерева, красивая девушка сидит, расчесывая серебряные волосы (букв голову).

В русском языкознании в некоторых исследованиях обстоятельство образа действия подразделяют на несколько разновидностей и к основному значению добавляют различные обстоятельства, в том числе обстоятельство совместности (ехать вместе, работать вдвоем) [10, с. 210]. Е. А. Крейнович, рассматривая субъектно-объектные отношения, выраженные словами с количественным значением, писал, что субъектные формы образуются с помощью суффикса –т: иркиэ-т – один, атахлоо-т – два, йаалоо-т – трое. «Они сигнализируют о том, что субъект действия, обозначенный количественным словом, является частью другого количества: Уорэптиэ, мэт игэйэ арпайдэлэ, чонңик! Иркиэт арпась, игийэдэйлэ чо5ум. Детишки, мой ремень, взобравшись, перережьте. Один (из них) взобрался, его ремень перерезал» [6, с. 264].

Следует отметить, что не всегда субъект действия, обозначенный количественным словом, является частью другого количества: Таат титтэл йаалоот модоңи. Так они втроем живут (МА – материалы автора).

Также Е. А. Крейнович отметил, что внешне субъектные показатели – т совпадают с показателем уточнительного деепричастия –т. Таким образом, встает вопрос о том, является ли -т в числительных показателем обстоятельства совместности и выражены ли они деепричастиями.

г) в русском языке деепричастия выполняют функции различного вида обстоятельств, в том числе обстоятельства уступки с предлогом несмотря на (несмотря на протесты). В юкагирском языке интересно происхождение сочетания таханэ тит «несмотря на это». Таханэ «тогда» (по В. Иохельсону), тит – возможно, образовался от слова тии «здесь» при помощи усеченного показателя исходного падежа –т.

Таханэ тит орут йооги иильись, омось. Несмотря на это, голова мородушки красивая, хорошая [сказка «Как мородушка тепло искала», 9, с. 100].

Таханэ тит тудэл чугуой. Несмотря на это, он быстрый (МА).

Необходимо уточнить, является ли таханэ тит сочетанием, производным от деепричастия.

Предварительные выводы таковы: деепричастие на –т в юкагирском языке выражает одновременное действие с действием глагола-сказуемого, может выражать совершенное действие, предшествующее действию глагола-сказуемого, является обстоятельством времени, обстоятельством образа действия, и, возможно, обстоятельствами причины и уступки.

1. Голанов И. Г. Морфология современного русского языка. – М.: Академия, 2007.

2. Иохельсон В. И. Одульский (юкагирский) язык. / Языки и письменность народов Севера. Ч. 3. Языки и письменность палеоазиатских народов. – М.-Л.: , 1934.

3. Иохельсон В. И. Юкагиры и юкагиризованные тунгусы. – Новосибирск: Наука, 2005.

4. Крейнович Е.А. Юкагирский язык. / Языки Азии и Африки. – М.: Наука, 1979. т. 3. – с.348-368.

5. Крейнович Е.А. Юкагирский язык. – М.-Л.: изд-во Академии наук СССР, 1958.

6. Крейнович Е.А. Исследования и материалы по юкагирскому языку–.: Наука, 1982. – 302 с.

7. Курилов Г. Н. Современный юкагирский язык. – Якутск, 2006.

8. Кустова Г.И., Мишина К.И., Федосеев В.А. Синтаксис современного русского языка. – М.: Академия, 2007.

9. Прокопьева П. Е. Юкагирский (одульский) язык для дошкольников. – Якутск.: Офсет, 2005.

10. Розенталь Д.Э., Теленкова М.А. Справочник лингвистических терминов. – М.: Просвещение, 1972.

11. Розенталь Д.Э. Большой справочник по русскому языку. – М.: Оникс, Мир и Образование, 2007.

12. Убрятова Е. И. Исследования по синтаксису якутского языка. – Новосибирск: Наука, 2006.

13. Фольклор юкагиров Верхней Колымы. ч. 1. /под ред. Николаевой. И.А. – Якутск: Изд. Якутского госуниверситета, 1989.

14. Фольклор юкагиров Верхней Колымы. Хрестоматия. ч. 2. /под ред. Николаевой. И.А. – Якутск: Изд. Якутского госуниверситета, 1989.

[1] В отложительном, или исходном падеже слова отвечают на вопросы кингэт? (от кого?) нэмэгэт? (от чего?) хадуонгэт? (откуда?) и образовываются при помощи суффиксов –гэт (–кэт).

Целью данной статьи является выявление значений деепричастий на –т в языке верхнеколымских юкагиров.